Тами Саймон: Джеймс, я хочу убедиться, верно ли я Вас понимаю. Одно дело — отвечать за свою жизнь и за ту её часть, которую я не проживаю полноценно из-за своих часто неосознанных выборов. Но Вы говорите, что также я несу ответственность за непрожитую жизнь моих родителей, бабушек и дедушек. Что Вы имеете ввиду?

Джеймс Холлис: У всех нас есть интернализированные модели жизней, которые были прожиты до нас, и у людей есть сильная тенденция повторять эти модели. В одном случае мы повторяем их напрямую и наблюдаем закономерности, проходящие через поколения. В другом – бежим от них. Каждый раз, когда человек говорит: я не хочу быть такой, как моя мать, или я не хочу жить жизнью своего отца, он всё еще руководствуется их моделями.

Есть и третий путь, когда мы сталкиваемся с этими силами бессознательно и пытаемся заглушить их, отвлекаясь на трудоголизм, различные зависимости, создаём напряжённость в отношениях с партнёрами и детьми. И в этом случае эти силы влияют на нас.

Мы всегда находимся под их влиянием. И нужно задать себе прагматичный вопрос: что эти родительские модели заставляют меня делать или от чего удерживают от меня? И тогда мы можем обнаружить, что сдерживаем себя в чём-то, потому что так поступали наши родители. Или, что действуем в соответствие с их ценностями, хотя они нам не подходят. Словно бы всё ещё действуем с их разрешения или вопреки, а не по своему выбору.

Мы не должны и не можем полностью зависеть от внешних структур. С детства мы обязаны презентовать себя миру так, как хотят наши родители, хочет школьный учитель, работодатель, наш партнер и так далее. Но в какой-то момент мы должны задать другой вопрос: чего хочет от меня моя душа? Что хочет найти выражение в мире через меня? Это совсем другой вопрос.